Именем Российской Федерации
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
по делу о проверке конституционности части первой статьи 111 и части первой статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также пункта 3 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, в связи с жалобой гражданина Б.
город Санкт-Петербург 11 января 2024 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, М.Б.Лобова, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, В.А.Сивицкого,
руководствуясь статьей 125 (пункт "а" части 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 47 1 , 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" ,
рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке конституционности части первой статьи 111 и части первой статьи 112 УК Российской Федерации , а также пункта 3 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека .
Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина Б. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявителем нормативные положения.
Заслушав сообщение судьи-докладчика Н.В.Мельникова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации
установил:
1. Уголовный кодекс Российской Федерации устанавливает уголовную ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, или повлекшего за собой потерю зрения, речи, слуха либо какого-либо органа или утрату органом его функций, прерывание беременности, психическое расстройство, заболевание наркоманией либо токсикоманией, или выразившегося в неизгладимом обезображивании лица, или вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть или заведомо для виновного полную утрату профессиональной трудоспособности (часть первая статьи 111), а также за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего указанных последствий, но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть (часть первая статьи 112).
Вред же, причиненный здоровью человека, определяется, как следует из пункта 3 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 года № 522 ), в зависимости от степени его тяжести (тяжкий вред, средней тяжести вред и легкий вред) на основании квалифицирующих признаков, предусмотренных пунктом 4 этих Правил , и в соответствии с медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждаемыми Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации.
1.1. Конституционность приведенных нормативных положений оспаривает гражданин Б., признанный потерпевшим по уголовному делу, которое было прекращено постановлением мирового судьи судебного участка № 59 города Якутска Республики Саха (Якутия) от 20 мая 2021 года в связи с истечением срока давности уголовного преследования.
Как установил суд, подсудимый 20 мая 2013 года в ходе ссоры с потерпевшим умышленно причинил ему множественные физические травмы, признанные вредом здоровью средней тяжести, и психическое расстройство - органическое тревожное расстройство смешанного генеза, которое, как приведшее к длительной и стойкой дезадаптации средней степени, также расценено в качестве вреда здоровью средней тяжести. При этом суд не принял во внимание довод потерпевшего о наличии в содеянном признаков более тяжкого преступления - умышленного причинения тяжкого вреда здоровью. Правомерность такого решения, в том числе в части квалификации содеянного, подтверждена апелляционным постановлением Якутского городского суда от 10 сентября 2021 года, кассационным определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 31 января 2022 года и постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 9 июня 2022 года об отказе в передаче кассационной жалобы представителя потерпевшего для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, с чем, в свою очередь, в письме от 7 июля 2022 года согласился заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации.
1.2. Б. просит признать оспариваемые нормативные положения не соответствующими статье 52 Конституции Российской Федерации, поскольку они в силу своей неопределенности порождают возможность их неоднозначного толкования и произвольного применения при определении степени тяжести того вреда, причиненного здоровью потерпевшего, который выразился в наступлении у него психического расстройства вследствие примененного к нему насилия.
Таким образом, с учетом предписаний статей 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу являются часть первая статьи 111 и часть первая статьи 112 УК Российской Федерации , а также пункт 3 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека , в той мере, в какой на их основании решается вопрос об уголовно-правовой квалификации причинения вреда здоровью, повлекшего психическое расстройство.
2. В России человек, его права и свободы являются высшей ценностью, ничто не может быть основанием для умаления достоинства личности и никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению; каждому от рождения принадлежат права на жизнь и на личную неприкосновенность, которые действуют непосредственно, признаются, соблюдаются и охраняются государством, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти и обеспечиваются правосудием, что способствует взаимному доверию общества и государства (статьи 2, 17, 18, 20, 21, 22 и 75 1 Конституции Российской Федерации).
Любое посягательство на личность, ее права и свободы, а тем более на физическую неприкосновенность является одновременно и посягательством на человеческое достоинство, поскольку человек становится объектом произвола и насилия. Такие неотъемлемые и неотчуждаемые права человека, как право на личную неприкосновенность, охрану достоинства, образуют основу свободы и справедливости, воплощают в себе важнейшее социальное благо, без которого невозможна реализация всех иных прав, а потому предполагают повышенный уровень гарантий, включая средства уголовного закона, с тем чтобы исключить любое противоправное воздействие на человека и обеспечить защиту его жизни и здоровья. Лицам, которым причинен вред - телесные повреждения, моральный и материальный ущерб, существенное ущемление основных прав - в результате действия или бездействия, нарушающего уголовный закон, в равной мере гарантируются государственная защита, доступ к правосудию и компенсация ущерба (статьи 19, 45, 46 и 52 Конституции Российской Федерации; пункты 1 и 4 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, принятой 29 ноября 1985 года Резолюцией 40/34 Генеральной Ассамблеи ООН). Права жертв преступлений подлежат охране законом, им должна предоставляться возможность собственными действиями добиваться, в том числе в рамках производства по уголовному делу, восстановления своих прав и законных интересов, которые не могут быть сведены исключительно к возмещению причиненного вреда, - данные интересы в значительной степени связаны и с разрешением иных вопросов, в частности о применении уголовного закона и о наказании.
Эти правовые позиции изложены в ряде решений Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 15 января 1999 года № 1-П , от 14 февраля 2000 года № 2-П , от 24 апреля 2003 года № 7-П , от 11 мая 2005 года № 5-П , от 16 октября 2012 года № 22-П , от 2 июля 2013 года № 16-П , от 8 апреля 2021 года № 11-П и др.), который также отметил, что особую составляющую здоровья человека представляет психическое здоровье, чем объясняются особенности психиатрической помощи и правил ее оказания в сравнении с общими правилами охраны здоровья граждан (Постановление от 13 июля 2022 года № 31-П и Определение от 2 июля 2015 года № 1544-О), притом что, как сказано в преамбуле Закона Российской Федерации от 2 июля 1992 года № 3185-I "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании", психическое расстройство может изменить отношение человека к жизни, самому себе и обществу, а равно отношение общества к человеку. Этим могут быть обусловлены не только общие и специальные меры по охране психического здоровья от противоправных деяний, но и признание особой серьезности вреда, наносимого психике потерпевшего, а также дифференциация ответственности за его причинение.
Следовательно, вводя меры противодействия физическому и психическому насилию, устанавливая наказания за посягательства на личность, за причинение вреда здоровью человека во всех его проявлениях, законодатель обязан учитывать высокую значимость психического здоровья для качества жизни человека, для восприятия и реализации его прав, обязанностей и социальных возможностей, обеспечивать эффективную защиту психического здоровья, соразмерность ответственности ценностям, охраняемым законом, при строгом соблюдении принципов равенства и справедливости. Иное означало бы не только нарушение конституционных прав потерпевшего лицом, совершившим противоправное деяние, но и умаление данных прав самим государством.
При этом, конструируя признаки преступления - которому в отличие от иных правонарушений присуща особая, криминальная общественная опасность, а при ее отсутствии деяние не может считаться уголовно наказуемым, - законодатель должен соблюдать принцип правовой определенности, иметь в виду типовую оценку общественной опасности, предопределяющую выбор уместных мер принуждения (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 25 апреля 2018 года № 17-П , от 24 мая 2021 года № 21-П и др.). Уголовная ответственность за насильственные посягательства на личность, в том числе на физическое и психическое здоровье, может считаться законно установленной и отвечающей статьям 19, 54 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации лишь при условии, что она соразмерна характеру и степени общественной опасности криминализируемого деяния, обоснованно дифференцирована по признакам его объективной стороны, которые позволяют учесть особенности причинения вреда охраняемому объекту и сформулированы в законе точно и недвусмысленно, обеспечивая единообразную и предсказуемую для участников общественных отношений правоприменительную практику.
3. Суд, разрешая в числе прочего вопрос, является ли конкретное деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей Уголовного кодекса Российской Федерации оно предусмотрено (пункт 3 части первой статьи 299 УПК Российской Федерации ), соотносит это деяние с законодательно определенными и включенными в состав преступления признаками, которые тем самым служат обязательными критериями (условиями) для его уголовно-правовой квалификации, а также позволяют разграничивать смежные преступления либо преступления и иные правонарушения. Причем Уголовный кодекс Российской Федерации , будучи единственным законодательным актом, определяющим преступность деяния, его наказуемость, иные уголовно-правовые последствия (статьи 1 и 3), называет основанием уголовной ответственности совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8). Общественно опасные последствия преступления - в зависимости от конструкции его состава: материального либо формального - могут входить или не входить в число признаков, обязательных для его признания оконченным (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 апреля 2015 года № 7-П ).
Являясь частью механизма уголовно-правовой защиты личности от физического и психического насилия, статьи 111 и 112 УК Российской Федерации дифференцируют уголовную ответственность за умышленное причинение вреда здоровью по признаку степени тяжести такого вреда, т.е. с точки зрения последствий для здоровья потерпевшего. На законодательном уровне здоровье понимается как состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. С учетом этой дефиниции, содержащейся в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", признается, что любой вред здоровью уменьшает состояние благополучия человека, однако мера такого уменьшения может быть разной, свидетельствуя о неодинаковой общественной опасности посягательств на здоровье.