по делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 1224 Гражданского кодекса Российской Федерации в связис жалобой гражданки А.Э.СтаценкоСтатья 5

В то же время наличие таких функций у консулов не восполняет роли уполномоченных на оформление (урегулирование) наследственных дел органов или лиц, в том числе в ситуациях, когда обращение наследника за совершением соответствующих действий к таким органам (лицам) по последнему месту жительства наследодателя невозможно или существенно затруднено.
4. Как ранее указывал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель, осуществляя правовое регулирование, должен иметь в виду вытекающие из статей 7 (часть 1), 8 (часть 2), 17 (часть 3) и 75 1 Конституции Российской Федерации предписания о сбалансированности прав и обязанностей гражданина и о соотнесении принадлежащих ему прав с правами и свободами других лиц, о необходимости создания условий для устойчивого экономического роста страны и повышения благосостояния граждан и о гарантиях защиты их достоинства, о взаимном доверии государства и общества и об экономической, политической и социальной солидарности. При этом надлежит руководствоваться фундаментальными принципами верховенства права, равенства и справедливости, с тем чтобы вводимое регулирование отвечало критериям определенности, ясности и непротиворечивости, а механизм его действия был понятен субъектам правоотношений из содержания нормы или системы находящихся в очевидной взаимосвязи норм (постановления от 31 мая 2005 года № 6-П , от 22 апреля 2011 года № 5-П , от 12 апреля 2016 года № 10-П , от 10 ноября 2016 года № 23-П , от 28 декабря 2021 года № 55-П и др.). Охрана права собственности и иных имущественных прав гарантируется посредством права на судебную защиту, которое закреплено статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации и, относясь к неотчуждаемым правам и свободам, вместе с тем выступает гарантией всех прочих прав и свобод, когда судебная защита отвечает критериям полноты, результативности, соразмерности и обеспечивает баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота (постановления от 26 ноября 2020 года № 48-П , от 11 ноября 2021 года № 48-П и др.). Эти конституционные требования в равной мере подлежат обязательному учету в деятельности органов публичной власти и других органов, которым в силу их особого статуса делегировано исполнение публичных функций, включая нотариусов.
В случае обращения гражданина Российской Федерации с заявлением об оформлении наследственных прав в отношении движимого имущества, оставшегося на территории Российской Федерации после смерти гражданина Российской Федерации, имевшего последнее место жительства на территории иностранного государства, с которым не заключен международный договор Российской Федерации, содержащий положения, позволяющие разрешить вопрос о выборе соответствующего компетентного органа, а равно в случаях, когда сложившиеся обстоятельства объективно препятствуют взаимодействию с компетентным органом иностранного государства и оформлению наследственных прав в подобных ситуациях или существенно затрудняют такое взаимодействие, российский компетентный орган либо исполняющее публичные функции лицо обязаны - учитывая, помимо прочего, предписания статьи 18 Конституции Российской Федерации о том, что права и свободы определяют смысл, содержание и применение законов, и статьи 75 1 Конституции Российской Федерации о гарантиях защиты достоинства граждан, об экономической, политической и социальной солидарности - оценить в совокупности все обстоятельства дела и принять решение, которое в наибольшей степени способствовало бы обеспечению защиты наследственных прав. Это решение - во всяком случае при указанных обстоятельствах - может быть принято с учетом положений статьи 1115 ГК Российской Федерации , определяющих место открытия наследства на территории Российской Федерации и принципиально не исключающих оформление прав на наследственное имущество, находящееся на территории Российской Федерации, российским компетентным органом.
Надлежащее обеспечение прав и свобод в отдельных случаях требует учета объективных международных реалий, которые могут проявляться и в значительном ухудшении всего спектра отношений с отдельными государствами, что порой делает реализацию прав и свобод невозможной или существенно затрудненной, например, в силу возникающей у заинтересованного лица необходимости нести дополнительные финансовые и иные затраты, несоразмерные и избыточно обременительные в сравнении с их изначально предполагаемым уровнем. Касаясь вопроса об установлении иностранным государством в ненадлежащей международной процедуре и в противоречии с многосторонними международными договорами, в которых участвует Российская Федерация, ограничительных мер, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 9 июля 2021 года № 34-П отметил, что исходя из статей 2, 18 и 75 1 Конституции Российской Федерации деятельность органов публичной власти не должна усугублять правовое и фактическое положение российских граждан и организаций, попавших в тяжелую ситуацию из-за противоправных, по сути, обстоятельств. Напротив, принятие решений, направленных на содействие им, служит наиболее приемлемой и ожидаемой от органов власти реакцией. Поэтому, если особенности регулирования не могут быть выведены из буквального и недвусмысленного предписания нормы, подлежащей применению, в том числе в системе иных норм, включая положения международных договоров, либо если международные и другие реалии препятствуют надлежащему функционированию этого регулирования, органы публичной власти должны осуществлять толкование и применение норм российского права - тем более в правоотношениях, осложненных иностранным элементом, - так, чтобы в каждом случае достигалась наибольшая эффективность и исполнимость прав и свобод для российского гражданина и его интересы удовлетворялись при данных обстоятельствах наилучшим образом в соответствии с принципами справедливости и равенства.
Соответственно, содержащееся в оспариваемом положении требование об определении отношений по наследованию движимого имущества по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства, не должно исключать при названных обстоятельствах оформление прав на наследственное имущество, находящееся на территории Российской Федерации. При доступности для нотариусов и судов сведений о содержании такого права предпочтительным является опора на это положение. Однако отсутствие необходимой правовой информации при наличии сложностей в ее получении из официальных источников в ситуации, когда сложившиеся обстоятельства объективно препятствуют взаимодействию с компетентным органом иностранного государства, не должно становиться непреодолимым препятствием для реализации наследственных прав граждан. Это позволяет исходить из базовых нормативных подходов к решению вопросов наследования в разных правопорядках и ориентироваться в решении этих вопросов на положения Гражданского кодекса Российской Федерации . Если же в дальнейшем возникнет конфликт между наследственными правами, то он может быть разрешен в установленном порядке. Во всяком случае, сама возможность такого конфликта не может быть сдерживающим фактором для оформления прав на наследственное имущество, тем более и следование в отношении всей наследственной массы нормативным положениям одного правопорядка тоже не исключает возникновение такового.
Таким образом, пункт 1 статьи 1224 ГК Российской Федерации не противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования он не может использоваться нотариусом в качестве основания для отказа в оформлении наследственных прав гражданина Российской Федерации на принадлежавшее наследодателю - гражданину Российской Федерации, имевшему последнее место жительства на территории иностранного государства, движимое имущество, оставшееся на территории Российской Федерации, если без такого оформления невозможно дальнейшее осуществление наследником своих прав, а равно не может использоваться в качестве основания для отказа суда в признании права собственности наследника - гражданина Российской Федерации на это имущество со ссылкой на то, что такие действия (решения) должны совершаться (приниматься) компетентными органами иностранного государства по последнему месту жительства наследодателя, если в конкретных условиях обращение наследника к данным органам невозможно или существенно затруднено (в том числе в силу особенностей отношений с соответствующей страной, сложившихся в определенный период и выражающихся в рисках как неполучения реального доступа к ее уполномоченным органам (лицам), так и пристрастного их отношения к интересам российского гражданина).
При этом федеральный законодатель - который, осуществляя в рамках полномочий, предоставленных ему Конституцией Российской Федерации, ее статьей 71 (пункты "в", "о"), регулирование и защиту права частной собственности, должен обеспечивать разумный баланс прав и обязанностей всех участников гражданского оборота в этой сфере с учетом вытекающего из ее статьи 17 (часть 3) требования о том, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, - вправе внести в действующее правовое регулирование наследственных отношений, в том числе в части, касающейся определения органа, компетентного вести наследственные дела в случаях, когда наследодатель имел последнее место жительства в другом государстве, а часть входящего в наследственную массу движимого имущества находится на территории Российской Федерации, и применимого этим органом в таких случаях права, изменения, приняв во внимание правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, нашедшие отражение в настоящем Постановлении, а также то обстоятельство, что установленные этими изменениями законодательные положения во всяком случае будут применяться в соответствии со статьей 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с положениями международных договоров, по крайней мере поскольку они не игнорируются иностранным государством.
Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 6, 47 1 , 71, 72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" , Конституционный Суд Российской Федерации
постановил:
1. Признать пункт 1 статьи 1224 ГК Российской Федерации не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования он не может использоваться нотариусом в качестве основания для отказа в оформлении наследственных прав гражданина Российской Федерации на принадлежавшее наследодателю - гражданину Российской Федерации, имевшему последнее место жительства на территории иностранного государства, движимое имущество, оставшееся на территории Российской Федерации, если без такого оформления невозможно дальнейшее осуществление наследником своих прав, а равно не может использоваться в качестве основания для отказа суда в признании права собственности наследника - гражданина Российской Федерации на это имущество со ссылкой на то, что такие действия (решения) должны совершаться (приниматься) компетентными органами иностранного государства по последнему месту жительства наследодателя, если в конкретных условиях обращение наследника к данным органам невозможно или существенно затруднено.
2. Конституционно-правовой смысл пункта 1 статьи 1224 ГК Российской Федерации , выявленный в настоящем Постановлении, является общеобязательным, что исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.
3. Правоприменительные решения по делу с участием гражданки Стаценко Анжелики Эдуардовны, вынесенные на основании пункта 1 статьи 1224 ГК Российской Федерации , подлежат пересмотру в установленном порядке с учетом его конституционно-правового смысла, выявленного в настоящем Постановлении.
4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
5. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в "Российской газете", "Собрании законодательства Российской Федерации" и на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru).
Конституционный Суд
Российской Федерации
№ 12-П